От родственников, погибших 26 мая 2014 года в Донецке, ребят группы "Искра". - Очищение. Новости Новороссии

От родственников, погибших 26 мая 2014 года в Донецке, ребят группы «Искра».

К очередной годовщине трагического боя в донецком аэропорту 26 мая, 2014 года нам удалось побеседовать с Еленой Степановой, председателем оргкомитета родственников погибших в этот день ребят.

Денис Артемьев: Лена, что Вас сподвигло заниматься погибшими добровольцами и ополченцами, именно в трагедии, известной большинству как бой в донецком аэропорту 26 мая 2014 года?

Елена: В тот день погиб очень близкий для меня человек, мой гражданский муж Илья К. и его друг Александр Ц.

Денис: Фамилии погибших (или части погибших) ребят — засекречены?

Елена: Нет. Списки появились на украинских сайтах практически сразу, на третий или четвёртый день после трагедии. Там они были на украинском языке и даже с датами рождений погибших. Но в статье я предпочла бы сохранить такой формат сокращений.

Денис: Какого рода информация была в этих украинских списках о ребятах, и совпали ли они с реальным количеством погибших бойцов с нашей стороны?

Елена: Я сейчас не могу точно вспомнить. Но эта информация есть в открытом доступе в Сети. Да я и не знала тогда, сколько точно было погибших в тот день.

Денис: Речь, наверное, идёт о таком сайте, как печально известный нам «Миротворец»?

Елена: Нет. Это был сайт типа Википедии, может быть, даже сама Википедия. Там легко удалять и восстанавливать информацию, а также на сайте УНА УНСО (здесь и далее, — запрещённая в РФ организация. ред. Очищение). Там были даже опубликованы фотографии погибших из морга, в формате портретов для опознания — уже омытые мёртвые лица, некоторые со следами ранений до неузнаваемости. Под этими фотографиями были очень мерзкие комментарии и гифки с жуткими элементами порно.

Тут ещё важно пояснение. Для опознания была сделана в соцсети ВК специальная закрытая группа, так как другой возможности для этой процедуры не было. Мне прислали доступ в эту группу, когда там было уже около 200-от человек.
Вот оттуда и были скачаны эти фотографии, которые я сначала увидела на сайте УНА УНСО, так как с 27 мая мониторила круглосуточно всю информацию по этой теме.

Денис: Есть мысли в таком случае, для чего в Калининский донецкий морг были допущены фотокорреспонденты, в том числе американские журналисты, фотографировавшие парней, только сгруженных, лежащих друг на друге? Этот вопрос давно многими задаётся.

Елена: Думаю, этот вопрос нужно задать руководителям этой спецоперации, где ребятам, к слову, даже не дали осмотреться на местности. Им было сказано, что серьёзных действий не планируется. Так что для всех участников боя последующий разворот событий был неожиданным. Они не были готовы к такому развитию ни тактически, ни стратегически, если можно так сказать. И да, конечно, резонен вопрос, почему, для чего и кем в морг были допущены журналисты? Какая преследовалась цель?

Калининский морг — страшная тема для меня. Я помню, как звонила по всем возможным номерам в Донецке и пыталась узнать, что происходит и где тела, после того как увидела репортаж на «ЛайфНьюс», где были показаны кадры с телами убитых и как их привезли в машине, откинули борт, и я узнала Александра Ц., с которым была хорошо знакома через своего гражданского мужа. Он тоже был в тех КамАЗах, но мне ещё предстояло несколько дней выяснять, что же случилось, где он, жив или погиб.
Информации не поступило ни от кого, хотя в списках контактов родственников был указан мой номер, по которому нужно было обращаться в случае…

Денис: На сегодняшний день какие данные по погибшим, раненым в тот день, есть ли без вести пропавшие?

Елена: По нашим спискам 39 погибших, но, думаю, их может быть больше. По без вести пропавшим информации нет.

Денис: В этом направлении работа уже завершена? Когда был опознан, обнаружен последний погибший?

Елена: По российским добровольцам работа завершена. Списки по нашим были закрыты 2014 -15 годах. Во всяком случае мне приходилось сталкиваться только с поиском тела погибшего Игоря К. Он был ранен и скончался в госпитале 28 мая. Ему было трудно разговаривать, и он нечётко произнёс свою фамилию. Его идентифицировали как «укра» и отправили в Днепропетровск. Около года его тело находилось в морге на украинской стороне. Затем усилиями общественников и активистов оно было большими трудами возвращено на родину, где мать смогла его похоронить. Помогали договариваться донецкие врачи и батюшки с обеих сторон, за что низкий им поклон от родных погибшего.

Денис: Илья говорил Вам, куда и зачем отправляется, перед тем как уехать на Донбасс?

Елена: И да и нет. Когда начался госпереворот на Украине, мы смотрели каждый день репортажи с Майдана и по ТВ, и в Сети. Произошедшее 2 мая в Одессе сформировало его решение и решение его друга — Александра Ц. У него жена была на тот момент беременна (1,5 месяца). Нам было сказано, что они отправляются в Донецк, чтобы посмотреть на ситуацию. То есть, мы в полной мере не представляли, зачем они туда едут. Я отговаривала, но это было невозможно. Решение было твёрдым. Также он просил меня ничего не говорить матери, а сказать ей, что он уехал к друзьям в Ростов.

Денис: Сейчас уже известно, что от различных военных или ветеранских организаций в России формировалась та самая группа «Искра», на которую и пришлась основная тяжесть того, что произошло 26 мая. По Илье и его другу Александру: у Вас уже есть информация об их пути ещё до пересечения «ленты» (граница между странами, в данном случае РФ и ДНР. ред. Очищение)?

Елена: Не все были от военных ветеранских организаций. Много было тех, кто принял решение самостоятельно, добрался до Ростова и там уже оказался в общей группе. Разные были люди. Многие без опыта боевых действий, как, например, Илья К., Александр Ц., Никита Р., Данила П., Александр В. и др. Достаточный список, чтобы понимать, что это группа не вся состояла из суперспецназа, как потом писали на укровских сайтах.

Денис: Эти организации оказывают Вам какое-то содействие, в тех же списках отправленных ребят?

Елена: Многие общественные организации и патриотические группы помогают и поддерживают.

Денис: Именно те, через которые многие парни отправлялись. Я Вам могу их сам назвать.

Елена: Назовите.

Денис: То же «Боевое Братство».

Елена: Помогают. Как в увековечивании памяти, так и в проведении памятных акций.

Денис: «Союз десантников России», насколько я знаю, не участвовал в эвакуации тел добровольцев, забирали в основном родные, собственными силами?

Елена: «Союз десантников России» активно помогал Донбассу по мере возможностей. По отношению к нам их поддержка проявилась в организации моих поездок на Донбасс.
Что касается передачи тел погибших, то помощь была от ветеранских обществ организационная — в рамках доставки груза 200, была также предложена помощь в организации похорон, финансовая поддержка.

Денис: А есть данные по каждому погибшему, в какой ситуации он застал свой последний бой? Был ли он в это время в аэропорту или в этих злосчастных КамАЗах?

Елена: Точных данных по последним минутам погибших никто не собирал. Это возможно только в рамках подробного опроса среди выживших и сопоставления деталей их рассказов. Это трудно, ведь до этих событий многие из них не были друг с другом знакомы.
Наверняка, есть участники событий, которые обладают отрывочными сведениями, но полной картины нет.

Денис: Ваш оргкомитет, где присутствуют родственники ребят, не может ведь не быть не заинтересованным в реконструкции событий того, что произошло 26 мая? Вам что-то мешает собрать сведения или физически не успеваете?

Елена: Конечно, это трудоёмкая и сложная работа — сбор сведений, реконструкция места событий, документирование. У нас нет ресурсов на её осуществление ни в материальном, ни в организационном планах. Этим должны заниматься профессионалы.

Денис: Порою мне кажется, что любители могут сделать гораздо больше, чем профессионалы, тем более в Республике, люди, которые могут решать вопросы, чаще всего заангажированны. Ваш оргкомитет имел встречи или какой-либо режим связи с Ходаковским?

Елена: Нет. Никогда.

Денис: Я правильно Вас понимаю, что на встречу к нему не хотите идти именно Вы, то есть родственники наших ребят?

Елена: В ней нет никакой надобности и целесообразности, в этом мы единодушны.

Денис: Вы читали слова Ходаковского о том, что решение направить ребят в аэропорт было не его. По его словам, то ли приказ, то ли инициатива исходили от Бородая?

Елена: Меня это не интересует. Пусть этим займётся расследование, если оно будет. Мы верим, что расследование будет. И цель будет понятна только после этого объективного акта. Я вообще предпочла бы не упоминать об этих людях и никогда не знать их в своей жизни.

Денис: Хорошо. Предваряя наше интервью, Вы сказали о просьбе оргкомитета родственников погибших 26 мая в эту дату только помянуть ребят, почтить их память, без политики. Можете это объяснить?

Елена: Да, конечно. Тему Донбасса различные политические группировки используют не для решения вопроса военного гражданского конфликта, а для транслирования/демонстрации своих политических позиций и амбиций. Складывается впечатление, что для политического истеблишмента, то есть элиты, конфликт на Донбассе — это способ решать свои вопросы по укреплению позиций во властных структурах. Ведь ни для кого не секрет, что и на международной политической арене этот вопрос играет ключевую роль.
В группе «Искра» были добровольцы разных национальностей, вероисповеданий и разных политических мировоззрений. В момент беды и угрозы национальной безопасности государства Россия, их Родины, они встали вместе плечом к плечу не сговариваясь. И в бою не подвели друг друга. Произошедшее после, в момент выхода из аэропорта, многие расценивают как предательство, выданное за несобранность, несогласованность и халатность. Поверить в это очень трудно.

Денис: На Донбассе есть политические группировки? Но мы то, не политическая группировка, вопрос ведь действительно не в том, — за что погибли ребята, а как они погибли. Как случилось, что военный вопрос произошедшего стал политическим? Мы ведь тоже общались с некоторыми из родственников погибших, они на контакт идут охотно, но общение в основном такое: «вот это не для печати, а то что для печати, то пожалуйста, без моего имени»…
Ребята ведь герои, ребята ведь погибли за нашу землю, за русский наш народ. Чего тогда мы боимся, почему инициалы вместо имён и фамилий, мы разорвём когда-нибудь этот замкнутый и порочный круг?

Елена: Я говорю о политических силах в России и за рубежом. Конечно, мы разорвём этот замкнутый круг. Всему своё время, место и люди.

Денис: Принято. Лена, скажите какие планы у оргкомитета, Вы, как руководитель его, можете сказать об его перспективах, итоговых целях?

Елена: Создан барельеф, посвящённый памяти погибших, «Донецк. Аэропорт. 26.05.2014». Некоторое время стена памяти находилась в Международном фонде славянской письменности и культуры. При помощи общественников мы проводили памятные мероприятия. В с. Глинково Сергиево-Посадского района, на подворье Троице-Сергиевой Лавры при Храме Корсунской иконы Божьей Матери установлена памятная доска с именами погибших.

Помогли ветераны «Боевого братства». Мне бы хотелось поблагодарить также Фонд славянской письменности и культуры, движение «Новороссия» Игоря Стрелкова, некоторых активистов НОД, донецких волонтёров, а также ребят из Харьковской общественной организации «Русь Триединая», которые в разной степени всегда нам помогали в организационных и прочих вопросах. Планы есть, но по опыту знаю, что лучше делать, чем говорить. Сделаем — увидите!

Денис: Кстати, как раз сегодня (день записи этого интервью. ред. Очищение) День славянской письменности и культуры, равноапостольных Кирилла и Мефодия, Вы книгу не планируете выпустить с собранием всех материалов, с историями ребят? Сейчас многие стали печатать книги по событиям на Донбассе.

Елена: Это открытый вопрос. Есть материалы о погибших, их много. Да, книга нужна. Но в каком формате её выпустить? Памятное издание с портретами и биографиями погибших, с письмами родственников о них — это один формат. Для более серьёзного формата не знаю пришло ли время и кому это под силу.
Я пока не нашла себе соратников-профессионалов в этом вопросе. Согласитесь, по книге — это большой объём работы, и одному человеку он не под силу.

Денис: Елена, может, есть вопрос,
который мы Вам не задали, а Вы бы хотели об этом рассказать?

Елена: Думаю, достаточно вопросов и вполне содержательно.
Время тоже говорит и ещё скажет своё.

Денис: Елена, спасибо Вам большое за то, что Вы согласились на это интервью и отвечали на наши вопросы.

Желаем Вам, близким людям наших лучших ребят, которые погибли за наше Отечество, здоровья, силы духа и открытых дверей во всём, что касается возможности сделать так, чтобы ребят всегда помнили и была возможность всегда их достойно почтить нам, сейчас живущим и нашим будущим поколениям.

Елена: Благодарю, Денис! Мы очень ценим любую поддержку.

Номер карты оргкомитета для сбора средств на увековечивание памяти погибших добровольцев: 5336 6901 6839 2167 Елена Павловна С., с пометкой «Память 26.05.2014»
Страница Елены Степановой в ВК: https://vk.com/id24975484

Денис Артемьев

#Новороссия

Поделиться новостью:
  • 18
  •  
  • 1
  •  
  •  
  •  

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о